«Потребность написать хоть две-три строки». Почта в дни обороны Севастополя

«Потребность написать хоть две-три строки». Почта в дни обороны Севастополя

12 марта , 21:53ОбществоPhoto: Почта России
Оборона Севастополя — одна из наиболее героических и трагических страниц начального периода Великой Отечественной войны.

На защиту черноморского города от вражеского нашествия тогда вместе с моряками и пехотинцами встали и работники почты, начавшие свою мобилизацию немногим позднее армии и флота, пишет aif.ru.

Почтовые работники Севастополя работали все дни обороны, несмотря на обстрелы и бомбардировки — корабли вместе с подкреплениями и боеприпасами доставляли в осаждённый город и письма.

Письма для защитников Малахова кургана, ключевой высоты в севастопольской обороне, доставлялись через 1-е городское отделение связи. Его начальник, Иван Ильич Борисов, едва выжил после попадания в здание почты вражеской бомбы, однако до конца обороны продолжал работу, передвигаясь на костылях.

История сохранила для нас отдельные имена почтовых работников Севастополя, павших при защите родного города. В начале 1942 г. почту защитникам Балаклавы, южного севастопольского пригорода, доставлял «дядя Саша», бывший работник городского телеграфа. Проводная связь в осаждённом городе была разрушена, и телеграфист стал почтальоном. Путь от центра города до Балаклавской бухты не превышает 12 км, но под обстрелом и бомбёжкой в те дни занимал почти сутки. На протяжении месяцев каждый второй день «дядя Саша» приносил письма защитникам Балаклавы. В конце февраля 1942 г. при доставке почты в передовые окопы он был убит осколком вражеского снаряда. Лишь спустя годы после войны историкам севастопольской обороны удалось установить фамилию «дяди Саши» — Григорьев.

/Почта России/ Командир отделения А. В. Кузнецов читает красноармейцам выпуск фронтовой флотской газеты.

16 июня 1942 г., спасая от огня почту, погиб Пётр Егорович Обижаев. Его должность официально называлась «старший приёмщик военно-морского почтового отделения № 1007». Именно через это отделение шли все письма для моряков Черноморского флота, на кораблях и в составе морской пехоты защищавших Севастополь. В тот день располагавшееся в центре города на улице Ленина здание «морской почты» загорелось от разрывов вражеских бомб. Петра Обижаева взрывной волной выбросило на улицу, но, несмотря на ранение и взрывы, он не оставил свой пост. Скупые строки архивного документа гласят: «Даже в самые тяжелые дни т. Обижаев не прекращал работы ни на минуты, отказываясь от права скрываться в убежище... Невзирая на продолжавшуюся бомбёжку, вынес из зоны огня всё имущество, ценности и корреспонденцию военно-морского почтового отделения».

Раненый почтальон погиб от нового осколка вражеской бомбы, когда пытался тушить горящую крышу здания военно-морского почтамта. В ноябре 1942 г., уже после падения Севастополя, Пётр Обижаев был посмертно награждён Орденом Отечественной войны — став одним из первых работников почты, удостоившихся этой особой награды.

В ходе обороны Севастополя высокий героизм ежедневно проявляли не только армейские и флотские почтальоны, но и простые гражданские служащие. К началу войны на городском почтамте много лет проработала разносчицей писем и телеграмм Капитолина Ивановна Заруцкая. Пожилой женщине шёл 50-й год, когда враг подступил к её родному городу.

Как позднее вспоминал один из очевидцев: «Пожалуй, весь Севастополь знал в те дни худенькую, чрезвычайно подвижную женщину в выгоревшем берете, с почтовой сумкой через плечо — Капитолину Заруцкую, „нашу Капу“, как называли её севастопольцы... В квартирах тогда не жили, даже если они уцелели под бомбами и снарядами: их заменили штольни, скальные выработки, городская канализация и другие импровизированные убежища. На обслуживаемом участке Заруцкая знала всех жителей убежищ. Достаточно было, чтобы на телеграмме или письме стояла только фамилия, и можно было не сомневаться, что они будут доставлены по назначению. Отыскивая адресатов, она каждый день и час рисковала жизнью... Пробираясь среди развалин, под бомбежкой и артобстрелом, Капитолина Ивановна разыскивала тех, кому были адресованы письма; она хорошо знала жителей штолен и убежищ, в каждом находились у нее добровольные помощники...»

Весной 1942 г. Капитолина Заруцкая была ранена, когда несла письма для бойцов, защищавших район Куликова поля на юго-восточной окраине Севастополя. Однако пожилая женщина не оставила городскую почту до самого конца обороны.

В осаждённый город почтовая корреспонденция, наряду с подкреплениями и боеприпасами, доставлялась на кораблях. 13 июня 1942 г. у причалов Севастополя вражеская авиация потопила теплоход «Грузия». Капитолина Заруцкая уговорила военных моряков попытаться достать с затонувшего теплохода почту. Она просушила уцелевшие письма, восстановила адреса по частично уцелевшим записям и смогла доставить их по назначению.

В последние недели севастопольской обороны, когда вражеская авиация господствовала в небе, почту в город доставляли на подводных лодках. Письма для защитников осаждённого и отрезанного Севастополя оставались главнейшей ниточкой связи с Большой землей. «Вообще в эти героические и страшные дни людей охватила потребность написать хоть две-три строки...», — так в июне 1942 г. рассказывал Евгений Петров, соавтор знаменитых сатирических романов «Двенадцать стульев» и «Золотой телёнок», в годы войны ставший фронтовым корреспондентом в осаждённом Севастополе.

Буквально через несколько дней, в начале июля 1942 г., писатель погибнет, прорываясь из захваченного врагом города. В том июле в финальных боях погибнут и почти все военные почтальоны Севастополя. Так, среди последних защитников мыса Херсонес пал в схватке с врагом Павел Васильевич Кролевецкий, до войны работавший на Севастопольском узле связи. Сегодня его именем названа площадь в Нахимовском районе города.

Капитолина Заруцкая окажется среди немногих гражданских работников севастопольской почты, которым посчастливится пережить и падение города, и его оккупацию гитлеровцами. Севастополь наши войска освободят через два года, 9 мая 1944 г. И на следующий день Капитолина Ивановна придёт в полуразрушенное здание городского почтамта. На окраинах еще продолжались бои с отступающим врагом, улицы оставались заминированы, но в Севастополь уже доставили первую почту — более трёх тысяч писем. Выжившим адресатам их разносила «наша Капа», Капитолина Заруцкая.

В первые месяцы после освобождения поступавшая на Севастопольский почтамт корреспонденция нередко отличалась необычными адресатами и содержанием — люди разыскивали пропавших в вихре войны родных и близких. Одно из таких посланий сохранилось до наших дней: «г. Севастополь, ул. Азовская, 33/4, Г. П. Дяденко. Кто бы ни прочел открытку из живущих в доме и знающих судьбу моей любимой сестры, прошу сообщить по адресу моей полевой почты...»

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter